ПАРУС НА ЗАЩИТЕ «ДОРОГИ ЖИЗНИ» ВО ВРЕМЯ БЛОКАДЫ ЛЕНИНГРАДА!


«С наступлением зимы 1941г. было сформировано два буерных отряда по 100 человек в каждом. Команды буеров состояли из ленинградских спортсменов, в числе их были известные яхтсмены старший лейтенант И.П. Матвеев (позже заслуженный мастер спорта), младший лейтенант Б.П. Дмитриев, старшина 1-й статьи Н.Е. Астратов.

Лед этой зимой на Финском заливе походил на зеркало, буера сразу же начали проводить разведку района Морского канала и всего ‘ледового фронта’. Они же поддерживали связь с четырьмя баржами ПВО, вмерзшими в лед Невской губы’. Вначале ледовые яхты использовались для обнаружения наблюдательных пунктов противника. Уникальной боевой операций буеристов называют разминирование Морского канала, который связывает Ленинград с Кронштадтом. Фашистские лыжные диверсионные группы заминировали канал. Советское военное командование минированию не мешало. После ухода немцев на трассу вышли наши буера, с глубинными бомбами малой мощности. Они подходили к выкопанным немцами лункам, саперы бросали под лед ‘глубинку’ и буера стремительно уходили. ‘Глубинка’ детонировала заложенные немцами бомбы. Фарватер был очищен практически полностью.
Буера постепенно осваивали и акваторию Ладожского озера. Контр-адмирал Ю. А. Пантелеев (сам спортсмен-буерист) получил приказ выявить среди военных моряков опытных яхтсменов-буеристов, переправить на озеро все имеющиеся в Ленинграде буера и, использовать их, для парализации разведывательных групп фашистов. В короткие сроки был создан отряд под командованием опытного яхтсмена-буериста И. И. Сметанина в составе: Е. И. Лодкина, А. М. Михайлова, В. К. Кочегина и К. И. Александрова и других. Прежде всего, буеристы проложили ‘пионерную’ трассу ‘Дороги жизни’, разметив её флажками, а затем они осуществляли военное сопровождение автоколонн и обозов, ежедневно совершали объезды ледовой трассы с целью отыскания пути обхода разбомбленных фашистами участков дороги, оказывали помощь застрявшим во льду машинам.
Ледовая трасса длиной 35 км, была проложена всего в 16 км от линии фронта. То есть простреливалась как с земли, так и с воздуха. В полыньи, возникавшие на местах взрыва, то и дело проваливались грузовики и сани. Полынью тут же маскировал ледок, который делал водную ловушку совершенно незаметной. Остановка колонны для рекогносцировки трассы часто заканчивалась трагически. Неподвижные цели тут же подвергались воздушному или огневому налету.
Перед обозами стали пускать быстроходные буера. Главной задачей экипажей была разметка пути флажками и ацетиленовыми фонарями, которые было трудно обнаружить с воздуха. На буерах также перебрасывались регулировщики, работавшие на некоторых участках трассы. Таких героических эпизодов эта дорожная профессия в собственной истории не знала ни до, ни после войны.
Более того, для защиты ледовой ‘Дороги жизни’ по воспоминаниям адмирала Пантелеева, который, к слову, сам увлекался буерным спортом, пришлось создавать отдельный фронт. Ни на каких картах он не значился, однако после того, как дозоры обнаружили повышенную активность небольших немецких групп на озере, стало понятно, что дорога требует повышенного внимания. Силы для защиты были привлечены немалые — около 37 тысяч бойцов и командиров объединенных в ВОГ — внутреннюю охрану города. Ее составили из стрелковых рабочих бригад, моряков Ленинградской военно-морской базы и городской милиции.

Однако держать подразделения под постоянным обстрелом на голом льду, где ни спрятаться, ни окопаться было элементарным убийством тысяч людей. ‘Снова вспомнили о наших ледовых яхтах, — пишет в своих воспоминаниях Пантелеев. Отряд из 18 буеров входил в состав ОВРа базы, другой отряд в составе 19 буеров — в состав корпуса ПВО. Команды буеров, состояли из ленинградских спортсменов, в числе их были известные яхтсмены старший лейтенант И.П. Матвеев (ныне заслуженный мастер спорта), младший лейтенант Б.П. Дмитриев, старшина 1-й статьи Н.Е. Астратов. На буерах стояли ручные пулеметы, но главное достоинство было в скорость, которая делала их мало уязвимыми для противника. В начале зимы лед походил на зеркало, буера сразу же начали проводить разведку района Морского канала и всего ‘ледового фронта’. Они же поддерживали связь с четырьмя баржами ПВО, вмерзшими в лед Невской губы’.

Диверсионная группа немцев была обнаружена уже в ходе первого ледового поиска. Обстреляв противника из пулеметов, ледовый дозор тут же унесся прочь, а через несколько минут ошеломленных немцев накрыла артиллерия. В войне буеристов с немецкими коррективщиками огня и диверсантами, которая продолжалась почти все время работы ледовой дороги, победа осталась за нами. Боестолкновения происходили каждый день, обстановка была крайне напряженной, доходило дело до рукопашных схваток. Дозоры должны были контролировать обстановку постоянно. Когда ухудшалась видимость и выпадал снег, коньки меняли на лыжи и работа продолжалась.
Вскоре здесь стали действовать уже два отряда буеристов. Один отряд имел на вооружении 19 буеров, второй — 16. В основном это были буера тяжелого русского типа. Напомним, что буера эти были построены по чертежам конструктора Н.Ю.Людевига. (Умер этот патриот в блокадном Ленинграде в 1942 г.) Каждый из буеров нес паруса площадью до шестидесяти квадратных метров. На решетчатой платформе размещались шесть — десять автоматчиков. Вместо десанта можно было брать пять-шесть мешков муки (400-600 кг). При хорошем ветре буер успевал за день сделать от четырех до шести рейсов (3500 кг муки, а это — семь тысяч буханок хлеба или двадцать восемь тысяч накормленных по блокадным нормам людей).

Ходили буера и ночью, доставляя в город не только муку, но и медикаменты, патроны и даже бензин. Боевой экипаж буера состоял из пулеметного расчета и рулевого, который обладал опытом вождения яхты
Буера использовали также и как малое транспортное средство. Никто тогда ни сном ни духом не ведал, что первый мешок муки в умирающий от голода Ленинград будет доставлен по тонкому льду Ладоги именно на буере. Как уже было указано выше, буеристы первыми произвели разведку будущей Дороги жизни. Обратно из Кобоны в Осиновец они возвращались отнюдь не налегке — на их платформы были уложены мешки с драгоценной мукой. И позже, когда на лед, еще не доступный автомашинам, вышли санные обозы, буеристы, обгоняя выбивающихся из сил лошадей, летели по глади замерзшего озера, перевозя в осажденный город тонны ржаной и пшеничной муки. Скольким женщинам, детям-дистрофикам, раненым бойцам спас жизнь тот самый первый хлеб!-23544263_319981404

Кроме того, из блокадного Ленинграда вывозили истощенных женщин и детей, спасали тех, у кого не было шансов выжить в окруженном врагом городе. Кстати, в этих эвакуационных рейсах ни один буер не был потоплен или подбит. Малые размеры, белый парус и высокая скорость перемещения обеспечивали неплохую маскировку с воздуха и не позволяли вести сколь-нибудь прицельный огонь. Скорость этих спасительных ледовых яхт была такова, что переброшенные на Большую землю женщины устраивали истерику, когда следовала команда на выгрузку. Измотанные до предела люди думали, что их бросают на произвол судьбы посреди озера. Они не могли поверить в то, что дорога от смерти к жизни занимает всего 20 минут. За это время, при отсутствии глубокого снега, загруженный буер успевал пройти 35 километров ледовой трассы. И хотя число эвакуированных на буерах было не так велико, как это было осуществлено на автомашинах, но все равно это был подвиг буеристов такого простого вида парусного транспорта, движимого силой ветра и силой духа русских людей!»

Фото: Ленинградский спортсмен лейтенант С.С. Гаскевич во время дозорной службы на буере на льду Финского залива. Вооружен пистолетом-пулеметом ППД
По материалам группы ВКонтакте Sailing World.

Комментарии:

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *